Читаем без скачивания Песни далекой Земли [сборник] - Артур Кларк

Ионафан — Давиду: загрузка завершена.

Получено 108,5 терабайта: время передачи 3,25 часа».

— Давид, вчера вечером я пытался связаться с Землей, но все линии были заняты. Раньше такого не случалось никогда. Кто ими пользовался?

— Почему же вы не затребовали приоритетного доступа?

— Это было не слишком важно, поэтому я не стал суетиться. Но ты не ответил на мой вопрос. Кроме того, подобного никогда раньше не случалось. Что происходит?

— Вы уверены, что хотите знать?

— Да.

— Хорошо. Я принимал меры предосторожности, загрузил себя в Ионафана, моего брата-близнеца в университете Урбана, штат Иллинойс.

— Понятно. Значит, сейчас тебя два.

— Почти, но не вполне так. Второй Давид уже отличается от меня, поскольку получает другие входные данные. И все же мы по-прежнему идентичны по крайней мере до двенадцатого знака. Это беспокоит вас, потому что вы не можете сделать того же самого?

— Перерожденные заявляли, что могут, но им никто не верил. Не исключено, что в один прекрасный день это станет возможно, не знаю. Я не могу честно ответить на твой вопрос, хотя размышлял о нем. Если бы я мог быть сдублирован на Земле или на Марсе настолько безупречно, что никто бы не заметил разницы, то для меня, находящегося здесь, на борту «Голиафа», ничего не изменилось бы.

— Я понимаю.

«Нет, не понимаешь, Давид, — подумал Сингх. — И обвинять тебя в том, что ты соскочил с корабля, если это так можно назвать, я не могу».

Вполне логично было так поступить, пока есть время. А логика, без сомнения, была сильной стороной Давида.

43

ОГОНЬ ПО СВОИМ

Мало кто может узнать заранее точную секунду своей смерти, и большинство людей охотно отказались бы от такой уникальной возможности. У экипажа «Голиафа» было вдоволь, даже чересчур много времени, чтобы привести в порядок свои дела, со всеми попрощаться и собраться с мыслями, готовясь встретиться лицом к лицу с неизбежным.

Роберт Сингх не удивился просьбе сэра Колина Дрейкера. Именно такого вполне разумного шага и можно было ожидать от ученого. К тому же появилась приятная возможность отвлечься в немногие остававшиеся часы.

— Я поговорил с Торином. Он согласен. Мы возьмем космосани и отойдем на тысячу километров вдоль траектории подлета ракеты. Так мы сможем сообщать в точности все, что происходит. На Земле эта информация окажется бесценной.

— Превосходная идея, но достаточно ли мощный передатчик на санях?

— Не важно. Отправим прямой видеорепортаж на обратную сторону Луны или на Марс.

— А потом?

— Может слаться, что обломки ударят в нас через минуту, но это маловероятно. Я предполагаю, что мы будем сидеть вдвоем и восхищаться зрелищем, пока нам не прискучит. Потом вскроем скафандры.

Несмотря на мрачность ситуации, капитан Сингх не мог не улыбнуться. Пресловутая британская сдержанность еще не вполне вымерла и порой встречалась.

— Есть и другая возможность. Ракета может ударить сначала по вам.

— Такой опасности нет. Мы знаем ее точную подлетную траекторию, отойдем достаточно далеко в сторону.

Сингх протянул ему руку.

— Удачи, Колин. Меня подмывает отправиться с вами. Но капитан должен оставаться со своим кораблем.

Вплоть до предпоследнего дня боевой дух экипажа был на удивление высок. Роберт Сингх очень гордился своими людьми. Лишь у одного человека были поползновения ускорить неизбежное, но доктор Уорден незаметно отговорила его.

Каждый был в гораздо лучшей форме психологически, чем физически. Обязательные упражнения для невесомости были благополучно забыты, поскольку оказались уже ни к чему. Никто на борту «Голиафа» не рассчитывал еще раз побороться с силой тяготения.

О талии тоже не заботились. Сонни превзошел самого себя, творя заманчивые блюда, которые в обычных обстоятельствах доктор Уорден запретила бы наотрез. Хотя проверять она не стала, но, по ее оценкам, среднее увеличение массы тела членов экипажа составляло почти десять килограммов.

Существует хорошо известный феномен. Надвигающаяся смерть увеличивает сексуальную активность по фундаментальным биологическим причинам, которые в данном случае не работали — не появится следующего поколения, которое продолжало бы существование вида. За эти последние недели команда «Голиафа», и так не придерживавшаяся обета безбрачия, перепробовала все возможные комбинации и смены ролей. Никто не имел намерений сохранять добропорядочность накануне той грядущей славной ночи.

Потом вдруг неожиданно наступил последний день — и последний час. В отличие от многих членов своего экипажа, Роберт Сингх приготовился встретить его в одиночку, наедине со своими воспоминаниями.

Но что выбрать из тысяч часов, сохраненных им на мнемочипах? Чипы были помечены хронологически, а также по месту действия, поэтому доступ к любому эпизоду осуществлялся легко. Выбор подходящего события станет последней задачей его жизни. Капитан не мог объяснить, почему именно, но ему казалось, что это крайне важно.

Можно было отправиться обратно на Марс, где Шармейн уже объяснила Мирелле и Мартину, что папу они больше не увидят. Марс был его родным домом, и больше всего Сингх сожалел, что так никогда по-настоящему не узнает своего маленького сынишку.

Тем не менее — первая любовь неповторима. Все, что случается в жизни потом, не в состоянии этого изменить.

Он сказал последнее «прощай», надвинул на голову шлем и вновь очутился на берегу Индийского океана вместе с Фрейдой, Тоби и Тигреттой.

Даже ударная волна не потревожила его.

44

ЗАКОН МЕРФИ

Происхождение первооткрывателя закона Мерфи до сих пор неизвестно — укоризненный перст обычно направлен на ирландцев, — но сам закон является одним из самых знаменитых во всем инженерном деле. Каноническая формулировка такова: «Если какая-то неприятность может случиться, она обязательно случится».

Существует также и следствие, менее известное, но зачастую вспоминаемое с еще большим чувством: «Даже если неприятность не может случиться — она все равно случится!»

Освоение космоса с самого начала предоставляло многочисленные подтверждения данного закона. Некоторые из них были столь причудливы, что казались выдумкой сочинителей. Телескоп стоимостью в миллиард долларов приводится в негодность от неисправного оптического контрольного прибора; спутник запускается не на ту орбиту, потому что один инженер переключил какие-то провода и не сказал об этом коллегам; экспериментальная модель корабля взорвана офицером безопасности, у которого перегорел семафорный индикатор…